«У этого Юджина напрочь отсутствуют навыки общения с людьми», – подумал Михаил, в душе у которого смешались жалость к молодому человеку и нежелание слушаться его.
– Кого вы имеете в виду, говоря «они»? Кого именно я, по вашему мнению, должен предупредить?
Юджин развел руками.
– Для начала всех, кому грозит наибольшая опасность. Всех на Луне. На орбитальной космической станции. На Марсе, на борту «Авроры-2».
– И на Земле?
– О да, да! И на Земле. – Молодой человек посмотрел на часы. – Но Земля уже получила удар.
Михаил долго не отводил взгляда от Юджина. Наконец он обрел дар речи и обратился к Фалесу.
7
Массивный выброс
Шиобэн работала с экранами на столе в зале переговоров и собирала информацию.
Это было нелегко. Изучение Солнца и космической погоды просто-напросто не являлось предметом научной деятельности Шиобэн. Аристотель мог оказать ей помощь, но он порой вдруг проявлял странную рассеянность. С нелегким сердцем Шиобэн осознала, что нарушения в глобальной взаимосвязанности электронных систем Земли, на базе которых работал Аристотель, начали сказываться и на нем.
Довольно быстро она обнаружила, что солнечные обсерватории существуют по всему миру и за его пределами. Она попыталась связаться с Китт-Пик, с Мауна-Ки на Гавайях, с обсерваторией Биг-Бер на юге Калифорнии. Ни в одном из этих учреждений ей не удалось поговорить хоть с кем-то из сотрудников, и это неудивительно: даже там, где системы связи не вышли из строя, они были слишком перегружены вызовами. Но Шиобэн узнала о существовании космической метеослужбы – сети обсерваторий, спутников, баз данных, о специалистах, наблюдавших за Солнцем и бурным космосом вблизи от светила и пытавшихся составлять прогнозы самых худших проявлений поведения звезды. Судя по всему, станция космической метеослужбы работала на Южном полюсе Луны.