– Вот в этом я сильно сомневаюсь, – буркнула Пердита. – Ты, мама, не Джон Гленн*

– Нет, но мне и не нужно им быть.

Шиобэн была благодарна дочери за заботу, но все же эта опека ее немного раздражала. Ведь ей было всего сорок пять!

«Но, – виновато вспомнила она, – когда мне было двадцать с небольшим, разве я не точно так же обращалась со своей мамой?»

– А еще есть вспышки на Солнце, – добавила Пердита. – Я читала.

– Про это, я так думаю, читают большинство людей после июня, – сухо отозвалась Шиобэн.

– Астронавты находятся вне земного воздуха и магнитного поля. Значит, они не так защищены, как если бы оставались на Земле.

Шиобэн повернула телефон на ладони, чтобы показать дочери салон шаттла. Он вмещал восемь пассажиров, но сейчас здесь находилась только она одна. О толщине стенок можно было судить по глубине проемов иллюминаторов.

– Видишь? – Она постучала по стенке. – Пять сантиметров алюминия и воды.

– Если вспышка будет сильная, это не спасет, – заметила Пердита. – В тысяча девятьсот семьдесят втором, всего через несколько месяцев после того, как «Аполлон» вернулся с Луны, была сильнейшая вспышка на Солнце. Если бы они в это время находились на поверхности Луны…

– Но их там не было, – оборвала ее Шиобэн. – И тогда не существовало прогноза солнечной погоды. Существуй хоть малейший риск, мне бы не позволили лететь.

Пердита проворчала:

– Но Солнце сейчас беспокойное, мам. После девятого июня прошло всего четыре месяца, но до сих пор никто не знает, что стало причиной той бури. Кто знает, есть ли у этих солнечных метеорологов внятные соображения, что теперь творится на Солнце?

– Ну, – немного сердито проговорила в ответ Шиобэн, – для того чтобы выяснить это, я и лечу на Луну. И если честно, милая, мне бы лучше приняться за работу.