Метнув в него сердитый взгляд, Хайден предпринял еще одну попытку вытащить крепеж, удерживающий машину.

— Я ей нужен!

— Ты нужен ей живой! И в любом случае, как ты собираешься вывести…

Ему удалось вытащить крепеж, и байк чуть не упал. Хайден едва удержал его, но при этом уронил винтовку.

Порыв ветра ослепил и закружил так, что у него захватило дух. Сопротивляясь потоку, он сумел обхватить ногами бочкообразный корпус и, используя собственное тело в качестве стабилизатора, попытался повернуть двигатель навстречу воздушному потоку. Потом схватился за руль и включил соленоид зажигания.

Мотор заурчал, и внезапно у Хайдена возникло новое ощущение пространства — все находившееся внизу осталось позади, все находившееся вверху оказалось впереди, а он, болтаясь сбоку байка, несся к ближайшему облаку.

Он больно ткнулся носом в седло. Леденящий туман ударил в грудь, угрожая сорвать с него одежду. Секунду спустя Хайден вырвался из облака в чистое пространство и, вытянув шею, попытался понять, где находится.

Блестящие кристальные арки мерцали в свете следов ракеты: новое солнце Эйри неясно вырисовывалось впереди. Конденсационные следы сплели густую сеть вокруг прозрачной сферы, а в ее боках уже зияли дыры. Заменить сложный, требующий тонкой настройки механизм было невозможно. Системы привезли из княжеств Кандеса, находившихся в тысячах миль отсюда, и никто из живущих не мог скопировать используемые здесь технологии. И тем не менее два крейсера Слипстрима зависли прямо над солнцем, продолжая наносить по нему удар за ударом.

Мать, наверное, приготовила горючее и собралась эвакуировать свою команду. Никто не может войти в солнце, когда оно работает; надо дать ему достаточно горючего, чтобы произошло предписанное возгорание. Инженеры запланировали на сегодня двухминутный пробный прогон, при условии, конечно, что облака блокируют свет в направлении Слипстрима.