- Любишь порисоваться,- спокойно заметил Хок.

Изабель улыбнулась.

Ворота захлопнулись за ними с глухим стуком.

Дом в конце дорожки, посыпанной гравием, оказался типичным двухэтажным особняком с фронтоном над окнами и большим парадным подъездом, в котором могла укрыться небольшая армия. В любом другом месте Хай-Степс в таком доме жило бы по семье в каждой комнате. Большая часть фасада была скрыта густо разросшимся плющом. На крыше дымились четыре короткие каминные трубы. Хок недовольно огляделся, и они с Фишер направились к дому. Трава на широких газонах завяла и поблекла, нигде не было никаких цветов. Атмосфера двора действовала гнетуще и подавляла. Единственное черное искривленное дерево с голыми ветвями выглядело так, как будто оно вначале было отравлено, а затем поражено молнией.

- Ну и дыра,- произнесла Фишер с неудовольствием.-Ты уверен, что мы не ошиблись адресом?

- К несчастью, да.- Хок осторожно понюхал воздух.-Здесь много лет ничего не росло. Правда, не все любят ухаживать за садом.

Остаток пути они прошли молча. Хок напрягал слух, пытаясь услышать хоть что-нибудь, кроме звука собственных шагов по гравию, но вокруг все оставалось неестественно тихо. Тем временем они подошли к массивной входной двери. Чем дальше, тем сильнее Хока одолевало беспокойство. Здесь должен. слышаться гул толпы на улицах и дневной шум большого города. Но дом Адаманта окружен абсолютной тишиной.

На двери был большой медный молоток в форме львиной головы с бронзовым кольцом в зубах. Хок дважды громко, постучал, а затем резко отпустил кольцо. У него появилось странное чувство, будто львиная голова уставилась на него.

- Да,- тихо произнесла Фишер.- Не доверяю я этому месту.

- Нам приходилось бывать в переделках и похуже. В конце концов, нельзя судить о человеке по дому, в котором ему приходится жить. Даже если садом служит кладбище.

Они замолчали, когда массивная дверь бесшумно распахнулась. В проходе стоял высокий плечистый человек, одетый в немного устаревшую, но аккуратную форму дворецкого. Ему было лет пятьдесят, а голова - совершенно лысая, если не считать смешных пучков седых волос над ушами. Надменное выражение лица говорило о том, что в этом мире уже ничто не может удивить его. Человек очень вежливо поклонился Хоку и - после секундного колебания - его жене.