– Как знаешь, – ответил Арнвид, потирая лысину, блестящую, словно полированное дерево.

Подошел Даг, заговорил, глядя конунгу куда-то в область коленей:

– Примерно два десятка человек. Пришли со стороны моря. Случилось это вчера утром или позавчера вечером.

– Кто? – спросил Ивар. – Сколько погибших?

– Не знаю, – лучший следопыт дружины, способный отыскать след на голом камне, пожал плечами. – Клянусь шляпой Тунда, на такие вопросы не ответит и Вафтруднир. Нужно смотреть…

– Ищи, – проговорил Ивар.

Даг кивнул и отошел.

– Эй, господин! – донесшийся издалека крик заставил Ивара повернуться.

От виднеющегося на востоке леска к викингам бежал, спотыкаясь, человек. Виднелся болтающийся на поясе нож, коротко стриженые волосы, темные с проседью, выдавали раба.

– Это же Ангус Дятел, – заметил Нерейд, прищурившись. – Интересно, как он ухитрился выжить?

Ивар смотрел на приближающегося человека и вспоминал, как год назад купил пожилого ирландца на торге в Конунгахелле, как спорил с женой, возражавшей против раба-христианина, и как прошлой осенью сделал простого работника управляющим.

Как выяснилось позже – не зря.

– Господин, – Ангус остановился, тяжело дыша и вытирая лицо, по которому струился пот. – Слава Святому Патрику, вы вернулись!

– Говори, – сказал Ивар, с трудом раздвигая сведенные судорогой челюсти. – Что произошло?

– Ваша жена жива, и дети тоже, – проговорил Ангус, отдышавшись. – Мы успели их вывести.

Ивар сглотнул, ощущая, что сейчас взлетит. Сердце дернулось, по телу прокатилась теплая волна.

– Славно, – Нерейд кровожадно оскалился, показал острые белые зубы. – Осталось лишь найти тех, кто напал, и выпустить им кишки…

– Позавчера ночью прискакал паренек из Бюнеса, рассказал, что неподалеку от их селения пристал корабль, и с него сошли вооруженные люди, – проговорил ирландец. – Госпожа захотела оборонять усадьбу, но я ее не послушал…