Кроме занимавшихся любовью, в квартире никого не было.

В кухне работало два мощных холодильника. Кроме того, был еще третий, маленький.

Бытовая техника явно заинтересовала гостя. Но он оставил ее на «потом». Вернувшись к проему двери, подал знак напарнику: «Начинаем!..»

Девица увидела их первая и истерично взвизгнула.

Мужчина отстранился и резко обернулся к двери.

Это был невысокий китаец в очках: безусое лицо, непонятного цвета глаза за толстыми линзами. Даже не верилось, что субтильный шкет может обладать такой мощью.

Обалдело уставившись назад он сначала увидел две тени на стене. И лишь потом — скрытые черными женскими чулками лица. Со стороны они выглядели, как маски в театре теней, только в прорезях для глаз сверкали зрачки.

В руках одного из проникших в квартиру тускло блеснул пистолет. Второй зашел к столу сбоку, хрястнул девицу кулаком по физиономии…

Получив свое, та мгновенно смолкла. Сползла со стола.

Глядя на непрошенных гостей преданными глазами, она спряталась за штору. Роста она была высоченного, голова виднелась на уровне верхней фрамуги…

Китаец в это время внезапно пришел в себя. Бросок его сухонького, но сильного тела мог бы свалить с ног быка, но выстрел прозвучал прежде. За ним второй. Звуки были такими, словно кто — то клацал разбитыми зубами. Пистолет был с глушителем.

Сделав лишь еще одно слабое движение, китаец рухнул на пол. Это была агония. Из под обрушившегося на пол тела стыдливо выползала струечка крови, которая неторопливо расширилась в лужицу.

Убийца приставил дульный срез к виску жертвы, сделал еще выстрел. Контрольный.

С китайцем было покончено.

Перешагнув через мертвое тело, второй киллер подошел к девице.

— Хочешь остаться живой?

— Д-да… — в ней все тряслось. Она стояла в чем мать родила, забыв обо всем.

— Будешь базарить — ляжешь рядом с ним, — голос — под чулком отдавал надоедливым зуммером.