Лейтенант застонал.

– Как самочувствие? – спросил Гордон.

– Голова кружится, будто катаюсь на карусели.

– Что-нибудь помните?

Лейтенант приподнялся. Тронул запястье.

– Ваш пакет у меня. Я его не читал. Можете сами бросить в огонь.

– Дайте мне выпить, – попросил Браун. – Трясёт.

– Здорово прохватило?

– Вода была очень холодная.

– Я дам вам спирту, – сказал Гордон. – И полезайте в палатку. Подозреваю, что вы заработали воспаление лёгких.

Он помог лейтенанту забраться в палатку и уложил его в спальный мешок.

– Вы доктор? – спросил Браун.

– Доктор зоологии.

– Знобит…

– Долго пробыли в воде?

– Часа три. Мы вылетели из Тха-Калора в пять тридцать, и сразу же над морем он взорвался. Я не мог выбраться, приливы сейчас очень сильные.

– У вас был спасательный пояс?

– Теперь дают надувные лодки. Они помещаются за спиной, вместе с парашютом. Если, конечно, летишь на военном транспорте.

– А потом?

– На берегу упал и заснул. Не знаю, снилось или правда, но меня вроде бы несли по лесу, где было полно вооружённых людей, потом опять уснул. Это вы меня вытащили?

– Спите, – сказал Гордон. – Я здесь охочусь за одним подвидом бабочек, они летают только ночью. Я вас покину на несколько часов.

2

Когда Гордон вернулся, лейтенант не спал. Браун нащупал аккумуляторы, включил свет и немигающими глазами смотрел на полог. Лицо его осунулось, губы запеклись.

– Машина придёт завтра днём, если опять не подведут, – сказал Гордон. – У меня есть акрихин от малярии и кое-что из антисептиков. На воспаление лёгких я не рассчитывал.

– Не важно, – с трудом проговорил Браун. – Где пакет? Вы его сожгли?

– Пакет лежит у вас под головой.