Он наткнулся на него случайно, во время хаотичных поисков в кабинете. Ведение документов было последним, о чем майор беспокоился в эти дни.

Формально предполагалось, что он будет сопровождать каждое действие бумажкой — от приказов о назначении до ордеров на выдачу продовольствия и снаряжения. Но Сергей Борисович, конечно же, с первого дня понял, что в наступившем "сегодня" вчерашние атрибуты бюрократического порядка потеряли смысл. Каким будет "завтра", он мог лишь догадываться, но в нем тем более не будет место канцелярщине.

Поэтому Донесение и было заброшено на самое дно сейфа. В суматохе первого-последнего дня его завалили другими, более важными документами. Схемами поверхности, маршрутами спасательных групп, журналами облучения...

Демьянов машинально перелистывал их, видел фамилии людей, многих из которых уже не было в живых. Каждая из этих пластиковых папок была собранием некрологов.

Под ними оказался зажат отпечатанный листок в мультифоре (в Убежище был компьютер и принтер, хотя его давно не включали за ненадобностью). Майор наморщил лоб, перечитывая эту филькину грамоту, которую он составил на четвертый день по настоянию коменданта. Тот, сердешный, вертелся тогда ужом на сковородке — боялся, что большое Начальство спросит с него за провал спасательной операции и миллионные жертвы. И чтоб прикрыться, повелел состряпать какую угодно отписку. Получилось вот что:

РУКОВОДИТЕЛЮ РЕГИОНАЛЬНОГО ЦЕНТРА

ГО И ЧС ПО СИБИРСКОМУ ФЕДЕРАЛЬНОМУ ОКРУГУ

Генерал-полковнику М.В. Иванову

ДОНЕСЕНИЕ

О ходе проведения аварийно-спасательных работ в очаге ядерного поражения

N 01 26.09.19

ЗПУ— Убежище N28 МУП "Автобаза N4", п. Академгородок