- ... никакого неравенства. Ни малейшей несправедливости. Одно из достижений в этом несовершенном мире: все обязаны принимать участие, всем дано пользоваться благами, созданными нацией.

"Твидл-ду, твидл-дам, - думал Алек, присоединяясь к общим вежливым аплодисментам, - и так далее, и тому подобное, бу-бу-бу... "

Экзаменатор нажал кнопку, и с двухсот семидесяти трех панелей в величественном унисоне поднялись двести семьдесят три экрана. Двести семьдесят три десятилетних бедняги дружно пожалели, что не находятся в эту минуту на другом краю света. Фрэнки Чаттертон молча давился рыданиями.

- Помни, что я сказал, - шепнул Алек. - Все будет о'кей. Фрэнки громко сглотнул и закивал. Алек обратил взгляд на экран и надел наушники.

На экране возникло изображение поляны золотистых нарциссов, слегка раскачивающихся под ветром. Послышалась нежная успокаивающая музыка, и голос диктора проворковал:

- Доброе утро, дорогой. Надеюсь, ты прекрасно себя чувствуешь. Я собираюсь рассказать тебе историю, и, что самое интересное, в этой истории главный герой - ты! Все решения придется принимать тебе одному. Ты готов? Тогда коснись желтой улыбающейся рожицы. Если же почему-то не готов, коснись голубого нахмуренного лица.

Алек брезгливо поморщился и высунул язык. Что за идиотское сюсюканье!

Он нетерпеливо ткнул пальцем в желтую рожицу, и вместо нее возникла картинка, выполненная нарочито примитивно, в стиле детского рисунка: ряд разноцветных домиков. Дверь одного открылась, и оттуда появилась маленькая фигурка "ручки-ножки-огуречик".

- Видишь: это ты! - воодушевленно поведал голос. - Собрался навестить своего приятеля.

Фигурка поковыляла к следующему дому и нажала звонок. Дверь отворилась, и фигурка нырнула внутрь. Воображаемая камера последовала за ним, сцена изменилась. Теперь на экране проявился такой же неуклюжий рисунок гостиной. Первый человечек смотрел на второго, точную его копию, сидевшего на диване.