- А что, если я выберу "Б"? - осведомился наконец он.

- Возьмут тебя на контроль, уж это точно. А если на все вопросы ответишь в таком же роде, считай, пошел ко дну. Пришлепают на твое досье штамп "Потенциальный социопат". Можешь представить, что будет потом.

- И меня не допустят в Круг Тридцати?

- Дьявол, нет, - грустно признал капитан. - И тебе, скорее всего, придется ездить на сеансы с каким-нибудь дерьмовым процессором искусственного интеллекта, которого они обзовут психиатром. Уж поверь мне, чувством юмора там даже и не пахнет. А кончится тем, что тебе всю жизнь придется носить монитор. И это еще ничего, считай, что повезло. Если тестовые результаты окажутся совсем никудышными, тебя могут просто отправить в больницу.

Алек вздрогнул. Больница была тем местом, куда посылали плохих людей, не считаясь с возрастом. Туда попадали даже дети, и ходили слухи, что стоило оказаться там, шансов выбраться почти не оставалось.

- Но с моим юнгой такого не случится, - утешил капитан. - Потому что мы натянем нос всем сукиным детям, идет?

- Так точно, сэр, - кивнул мальчик. - Ну вот, все готово. Что мы ему скормим?

Капитан хитро ухмыльнулся, и его глаза изменчивого, как море, цвета стали переливчато-зелеными, словно перед сильным штормом.

- Сейчас введем код, сынок. Ну, по моей команде...

Он дал мальчику длинную цепочку кода, призванную убедить крошечного шпиона, что реакции Алека на сортировку будут типичными для умненького (но не слишком), социально адаптированного человеческого детеныша, достойного занять место среди власть предержащих.

Алек фыркнул и ввел код, гадая, каково это будет - встретиться с другими ребятами.

На следующее утро Алеку пришлось стать свидетелем редкого явления: подъезды к министерству образования были забиты плавучими аквакарами, водители пытались найти свободное местечко у причальных блоков. Такого оживленного движения на улицах не наблюдалось уже давно.