Сол грохнул кулаком по столу так, что виниловое покрытие прогнулось.
– Ты бесишь меня, женщина! Ты хочешь сказать, что данное мною имя не достаточно благородно?!
– Нет, мастер всех орудий, – она поспешно сдалась. – Только ты не мне предложил его.
– На, бери! – он запустил в нее браслетом. – Но мне не нужна женщина.
Озадаченная, но торжествующая, она подобрала тяжелую вещь и, плотно стиснув, приладила на своем запястье. Сол смотрел на нее, и ему было не по себе.
2
Спустя две недели, двигаясь по открытой местности на север, они достигли красных зловещих меток. Растительность и за линией была та же, но они знали, там мало животных и – ни одного человека. Представление о Больной земле связывалось с муками и ужасом. Даже те, кто выбирал смерть, предпочитали Гору – быструю, достойную кончину.
Сол в сомнении остановился у рубежа.
– Если здесь не опасно, то почему границу еще не убрали?
Сола нервно кивнула, не стесняясь выказать страх.
– Ненормальные лет пятьдесят уже не пересматривали карт, – ответил Сос. – Зону давно пора проверять заново, и скоро они придут и сдвинут границу вглубь миль на десять-пятнадцать. Я говорил вам, радиация постепенно слабеет.
– Ты говоришь, радиацию нельзя ни увидеть, ни услышать, ни почувствовать, – Сол все не мог решиться окончательно. – И при этом она убивает. Хоть ты и книги изучал, но по-моему тут какая-то ерунда.
– А может, книги врут, – поддакнула Сола, опускаясь на землю. За время трудного перехода мышцы на ее ногах окрепли, что не уменьшило ее женственности.
– И у меня были сомнения, – признался Сос. – Есть много вещей, которых я не понимаю, и много книг, которых я не имел возможности прочесть. Помню, в одной было сказано, что половина людей гибнет при 450 рентген, а комары могут выдержать до сотни тысяч и больше. Я знаю, что радиация измеряется в рентгенах, но не знаю, сколько радиации в одном рентгене, не знаю как ее вычислить. У ненормальных есть коробочки, которые щелкают при радиации…