Подушка сползла на пол, я упирался теменем в холодный металл. За стеной, у соседа, что-то хлопало, и бухало, будто он давил лампочки. Я взял с пола будильник и повертел его, чтобы отсветы уличных фонарей осветили циферблат. Судя по времени, сосед вполне мог смотреть очередной сериал мегометражного боевика.

"Чего ему не спится?" - подумал я, поворачиваясь на другой бок. Забавно будет, если птичка ночью продолбит стену и влетит ко мне. Забрался под одеяло и уснул...

Утром в дверь постучали. На пороге стоял сосед, я принял его не то чтобы холодно, но настороженно. Он же не обратил на мой тон ни малейшего внимания.

- Когда твоя жена вернется? - неожиданно спросил он.

Я не очень деликатно ответил, что, мол, когда надо будет, тогда и вернется. Он коротко хохотнул и попросил кофе. Повадился... Я поплелся на кухню. Сосед за мной следом, навалился на стоявший на полу навесной шкаф и сказал, что любит покрепче и с сахаром. Он мне явно действовал на нервы.

- А кто у вас рисует? - спросил он, тыча пальцем в приставленный к стене натюрморт.

- Это подарок, - отрезал я.

- Хорошо нарисовано, - одобрил сосед, - сразу чувствуется рука профессионала.

- Рисовал физик, - сухо сказал я.

Сосед почему-то обрадовался:

- Здорово! Сразу чувствуется - человек стоит у кормила науки. Какие уверенные мазки...

Я пристально посмотрел на соседа. Издевается он, что ли? Картину он чуть ли не обнюхивал, восхищенно причмокивая и щелкая пальцами. Картина как картина, ничего особенного: фрукты и убиенная живность.

- Да, - сказал сосед, и голос его подозрительно задрожал, - сразу видно: человек рисовал после напряженного дня у синхрофазотрона...

Хмыкнув, я осведомил соседа, что автор уже несколько лет к агрегату сложнее пилы не подходит, потому что бросил науку и живет с семьей в деревне почти натуральным хозяйством.