Наконец, Томми выкрикнул:

— А если отец Холли Свейн окажется убийцей, то, наверно, она тоже вырастет убийцей!

— Да, да, вырастет убийцей! — подхватила компания ребят.

Улыбка медленно сползла с лица Холли. Очень медленно она повернулась к Томми. Толпа ребят замолчала.

Холли шагнула к нему. Томми хихикнул и оглянулся на друзей, но все они молчали.

— Теперь ты меня действительно расстроил, — сказала Холли ровным голосом.

— Как насчет того, чтобы взять свои слова обратно?

Томми ухмыльнулся и наклонился к Холли:

— Не-а!

И тогда Холли ударила его. Со всей силы.

Клиника превратилась в поле битвы.

Повсюду билось стекло, пробирки взрывались о стены. Медсестры бросились руками собирать все с пола, пытаясь скорее убрать дорогостоящее оборудование с линии огня. Доктор Стивен Свейн выскочил из соседней комнаты и тут же стал успокаивать источник волнения — 57-летнюю, весом 240 фунтов, с большим бюстом женщину по имени Розмари Педерман, пациентку больницы Св. Луки города Нью-Йорка, у которой в мозгу была обнаружена небольшая аномалия — аневризма.

— Миссис Педерман! Миссис Педерман! — прокричал Свейн. — Все в порядке, все в порядке, успокойтесь! — ласково сказал он. — В чем, по-вашему, проблема?

— В чем проблема? — возмутилась Роуз Педерман. — Проблема, молодой человек, в том, что я не стану совать свою голову в эту... в эту штуку, до тех пор пока кто-нибудь не объяснит, как она работает!

Сказав это, она указала своим подбородком на огромный аппарат магнитно-резонансной интроскопии, который стоял посредине комнаты.

— Не волнуйтесь, миссис Педерман, — сказал сдержанно Свейн, — мы уже не раз делали интроскопию мозга.

Роуз Педерман по-детски надула губы.

— Интроскопия в любом случае не причинит вам вреда.

— Эх, молодой человек. Как этот аппарат работает?