— Три, четыре, запри-ка лучше дверь… Дверь захлопнулась с громким стуком. Решительное выражение на лице Кристен исчезло, и она взялась за дверную ручку. Ручка повернулась без труда, и дверь легко открылась.

Кристен бросилась на улицу, но оказалась в грязной, разрушающейся комнате. Прежде чем она успела сделать ещё один шаг, дверь снова захлопнулась. Когда Кристен попыталась открыть её, ничего не получилось. «Спокойствие и хладнокровие, — сказала себе Кристен. — Я спокойна и хладнокровна».

Кристен пошла по залу. Обнаружив открытую дверь, она вошла в нее. Старые половицы трещали под ногами. Девушка посмотрела на стены. Они были увешаны зловещими картинами, изображающими детей, резвящихся на кладбищах. С потолка капала вода.

Отблеск молнии осветил комнату. При её свете Кристен разглядела в углу старую пыльную кушетку с черно-красной обивкой в полоску.

Молния снова осветила комнату, и, к своему ужасу, Кристен увидела на стене очертания руки с длинными когтями-бритвами.

Едва дыша от страха, Кристен обернулась к большому окну на противоположной стене. В свете молнии показалась ветка дерева, напоминающая руку с растопыренными пальцами. Кристен немного успокоилась.

Внезапно раздался мощный удар грома. Окно разлетелось вдребезги, стекла посыпались в комнату. Сильный порыв ветра сбил Кристен с ног.

Спотыкаясь, она спустилась вниз по металлической лестнице и неловко упала на цементный пол в просторной темной котельной С трудом поднявшись на ноги, она огляделась вокруг.

— Его здесь нет, он мертв, — шептала она, — его здесь нет, он мертв, он…

В этот самый момент Кристен услышала так хорошо известный ей скрежет ножей Фредди о металл.

— Нет! — закричала она. — Кинкайд, Джо, помогите!

Кинкайд сидел в своей комнате за столом, склонившись над спортивным иллюстрированным журналом. У его ног, свернувшись в клубок, спала собака. Внезапно стул Кинкайда начал вибрировать. Он изумленно поднял голову.