- Легче на поворотах, Стивен. Это уже давно на меня не действует.

- А! - Он запнулся, и пришлось подумать, какую ногу сейчас тащить вперед. - Лидия. Мои извинения. Моя ошибка. Я думал...

- С меня хватило твоих ошибок, когда мы были вместе, и твоих извинений тоже, и того, чего ты думал.

- Очень емкое высказывание. Ты звонишь, чтобы поделиться со мной чем-то еще, или это все?

- Я не позволю тебе разговаривать со мной таким тоном, особенно сейчас.

- Тогда не позволяй, - сказал Блайт, помня, как забавляли ее когда-то подобные ответы. - Если у тебя есть что сказать, выкладывай. Я жду звонка.

- Опять за свои старые фокусы? Она хоть куда-нибудь отпускает тебя без этой штуки? Ты где, в пабе, как всегда, и пытаешься успокоиться?

- Я абсолютно спокоен. Спокойней не бывает, - сказал Блайт, будто это могло снять действие, которое она всегда на него оказывала. - И могу тебе сказать, что я на благотворительном марше.

Это крики насмешливого ободрения прозвучали у него за спиной? Конечно, они были адресованы не ему, потому что кричавшим было так же мало до этого дела, как и Лидии, которая сказала:

- Для тебя дома такого не начиналось никогда? Это еще не выяснила твоя женщина мечты?

Он мог бы поиздеваться над ее обычными ошибками в построении фразы, не будь более важных вопросов.

- Я так понимаю, что ты ей уже звонила?

- Нет и не имею желания. Пусть радуется тебе и всем радостям, которые от тебя бывают, но сочувствия моего она не услышит. Мне не надо с ней говорить, чтобы знать, где тебя найти.

- Ну так ты ведь ошиблась? И раз уж мы заговорили о Вэлери, может быть, ты и твой друг-поверенный должны понять, что она зарабатывает куда меньше него теперь, когда он стал партнером в своей фирме.

- Аккуратнее, юноша!

Это сказала та из женщин, у которой бедра пошире. Он чуть не наступил ей на пятки - его агрессия сказалась в ширине шага.