Сделав над собой усилие, она произнесла:

- Я не могу принять это. Клей, это слишком обязывает. За год многое может произойти. Мне кажется, что я люблю тебя, но мне бы хотелось еще проверить себя.

Я был очень огорчен, но не показал вида.

- Это тебя совсем ни к чему не обязывает. Носи его на правей руке. Мне это будет очень приятно. Если ты решишь, что хочешь быть моей женой, наденешь его на левую руку.

- Какое чудесное кольцо. - Она долго разглядывала его, затем вынула из футляра и надела на средний палец правой руки, потом, наклонившись, поцеловала меня.

Во вторник мы простились с ней в аэропорту.

- Жди меня. Вал, - сказал я. - Год - небольшой срок.

Но все получилось иначе. Я писал ей каждый день, но она отвечала редко.

Прошло полгода, и я перебрался в Париж. Там, сняв небольшую однокомнатную меблированную квартирку неподалеку от работы, я тут же написал об этом Валерии и сообщил ей свой новый адрес. Три недели от нее не было писем, и я уже начал волноваться. Еще через неделю, когда я совсем уже решился позвонить ей по телефону, пришла бандероль. В ней было кольцо и короткая записка:

"Дорогой Клей! Я навсегда уезжаю из Бостона. Мне очень тяжело делать тебе больно, но что делать. Я встретила человека, которого полюбила. Надеюсь, ты тоже скоро утешишься. Это случилось так неожиданно. Прости и забудь. Вал".

Несколько месяцев я не находил себе места. Наконец, вернувшись в Бостон, я спросил Олсона, по какой причине Валерия бросила работу и уехала.

- Не имею ни малейшего представления, - ответил он. - Сослалась на какие-то личные причины и ушла. Мне оставалось только согласиться. Да и вообще последнее время она была довольно-таки замкнута.

Прошло четыре года. Боль моя нисколько не уменьшилась. Я отчаянно хотел забыть Валерию и тут встретил Роду...

- Клей!

Я вздрогнул. Погрузившись в прошлое, я совсем забыл Роду.

- Мне хочется есть. Над чем это ты так задумался?