Эрайзиане - особенно после того, как атомная энергия освободила их от физического труда - посвятили себя интенсивному исследованию и реализации неограниченных возможностей мышления.

Поэтому даже до столкновения галактик эрайзианам не были нужны ни космические корабли, ни телескопы. Одной только силой разума они предвидели, что линзовидное скопление звезд, которое теллурианские астрономы позже назовут туманностью Лундмарка, приближается к их галактике. Они внимательно, неотрывно и с большим интересом наблюдали, как происходит то, что невозможно доказать математическими расчетами. Ведь для двух галактик вероятность испытать лобовое столкновение в экваториальной плоскости и полностью проникнуть друг сквозь друга практически равна нулю.

Эрайзиане наблюдали рождение бесчисленных планет, тщательно отмечая в своей совершенной памяти каждую деталь происходящего в надежде, что по прошествии времени либо они, либо их потомки смогут разработать символику и методологию, которые позволят изучить необъяснимый феномен. Свободные от забот, любопытные и внимательные, эрайзиане странствовали по различным мирам до тех пор, пока один из них не столкнулся с эддорианским разумом.

Хотя любой из эддориан может по своему желанию принять облик человека, их никак нельзя считать человекоподобными. Амебообразными тоже не назовешь, потому что этот термин подразумевает студенистое тело и отсутствие жесткой основы. Они изменчивы и многообразны. Каждый эддорианин в соответствии с требованиями момента изменяет не только свой облик, но и структуру. Каждый способен создать любые органы, какие могут ему понадобиться в зависимости от ситуации, и эти органы будут полностью приспособлены к выполнению определенных функций. Если от них потребуется твердость - они будут твердыми; если мягкость - мягкими. Большие или маленькие, жесткие или гибкие, суставчатые или с щупальцами - любые. Нити или канаты, пальцы или ноги, иглы или кувалды - все что угодно. Одна мысль - и тело готово к действию.