Меня и здесь ждали. Даже на именинах не встретишь столько внимания. На моем юбилее, и то было как-то позаунывней. Встретил меня, старичка-снеговичка, холеный паренек, худющий, как швабра.
— Проходите!
Не люблю сверхулыбчивых, а посему бросил я оценивающий сердитый взгляд в стиле "а ты кто такой?". Юнец оценил ситуацию правильно, задавать вопросов не стал, ограничившись собственными инструкциями:
— Следуйте за мной!
Мы долго ехали в лифте. Я отвык от такой высоты, закружилась моя глупая седая голова, решившая построить из себя героя и рвануть, не понять куда.
Ну, да ладно. Как же мне нравится память пожилого и умного человека. Мозг не загружается деталями, разговорами с известным заранее планом. Видимо, по этой закономерной причине я пропустил мимо множество событий: основательную беседу с неким Зубовым Виктором Семеновичем, поведавшим обо всех тонкостях предстоящего полета (еще тогда мне нужно было сообразить, что речь идет не о проекте в целом, а обо мне в частности), турне на все том же фургоне до самолета рейса Воронеж-Плесецк (выпала мне честь стать единственным пассажиром, не считая двух высоченных, словно удочки, парней — охрана как у важной персоны).
Голова стала включаться лишь тогда, когда меня попросили усесться в напоминавший с виду большой аквариум стеклянный куб. Плавала там некая жидкость отвратно болотного цвета. Я смиренно выполнил поставленную задачу, угнездившись пятой точкой в желеобразную субстанцию. Мне пояснили, что, так для меня подбирается кресло по моей спине, жидкость, видите ли, тут же застывает, превращаясь в сверхпрочную конструкцию при соприкосновении с человеческим телом.