- Да, все так,- согласился Форс. Они оба склонились над папкой. Джей Элисон слегка отодвинулся, избегая соприкосновения с собеседником. Спустя некоторое время, Форс сказал: - Мы имеем торговое представительство на Дарковeрс уже 152 года. Первая вспышка этой болезни убила более трехсот человек. Дарковерцы находились в более затруднительном положении, чем мы. Последняя вспышка, насколько я знаю, была менее жестокой, но все же достаточно тяжелой. Она дала восемьдесят семь процентов смертных случаев для людей, конечно. Как я понимаю, Следопыты от этого не умирают?

- Дарковерцы называют эту болезнь лихорадкой Следопытов, доктор Форс. Следопыты фактически не восприимчивы к ней. Болезнь существует среди них и, как легкое недомогание, передается детям. И когда каждые сорок восемь лет она вспыхивает в опасной форме, большинствo Следопытов уже имеют иммунитет. Может, вы слышали, я тоже перенес эту болезнь еще ребенком.

- Вы, может быть, единственный терранец из всех когда-либо заключавших контракт, кто заболел и выжил.

- Следопыты - переносчики болезни,- сказал Элисон.- Я думаю, логичнее всего было бы сбросить парочку водородных бомб на города Следопытов и уничтожить их напрочь для всеобщего блага.

Сидя в темном помещении, я почувствовал, как все мои мышцы окаменели от ярости. Форс тихонько сжал мое плечо и шепнул: "Ну-ну, полегче, парень!" Доктор Форс на экране раздраженно взглянул на Элисона и тот с неприязнью сказал:

- Я не имею в виду буквально это. Но ведь Следопыты - негуманоиды. Это не будет геноцидом, просто работа по искоренению, мера для поддержания общественного здоровья.

Форс был явно шокирован и, казалось, точно знал, что этот молодой человек подразумевал именно то, что сказал.