– Но... начал Бенден, стараясь успокоить Шенсу.

– Он сберег его для того, чтобы летать. Ему было необходимо летать. – Что-то странное появилось в глазах Шенсу, хотя говорил он по-прежнему ровно. – Это была его жизнь. Когда он утратил возможность летать в космосе, то создал небольшой самолет. Я могу показать его вам. Он летал на нем здесь, в Хонсю, где его не мог видеть никто, кроме нас. Но каждого из нас он хоть раз катал на этом самолете. – Лицо Шенсу смягчилось. – Это была награда, за которую все мы работали. И я понял его одержимость полетами...

Он глубоко вздохнул и посмотрел на двух офицеров Флота с прежним спокойным выражением.

– Я не уверен, что смог бы жить счастливо, не имея возможности оторваться от земли, – честно ответил Бенден. – Мы благодарны вам, Шенсу, за то, что вы доверились нам.

– Мой отец был бы рад, узнай он, что сбереженное топливо когда-нибудь поможет Бендену спасти его родню, – искоса взглянув на лейтенанта, сказал Шенсу. – Но нам придется подождать до позднего вечера, чтобы нас никто не заметил. Ваши солдаты выглядят сильными. Но не берите с собой этого младшего офицера. Он слишком много говорит. Я не хочу, чтобы Киммер знал о нашем плане. Довольно и того, что его тоже спасут.

– А вы давно проверяли эти емкости, Шенсу? –спросила Сарайд.

Тот покачал головой, и Сарайд пригнулась, вошла в низкую пещеру и обследовала содержимое ближайшего сосуда.

– Ваш отец прекрасно поработал, Шенсу, – сказала она через плечо. – Я боялась, что после пятидесяти лет такого хранения топливо вступит в реакцию с пластиком, но этого не произошло: топливо прозрачное, без примесей, и великолепно сохранилось.

– А какие драгоценные камни имеет смысл брать с собой? – спросил Шенсу.