Возвращаясь с обеда, Валик заглянул в бар, но, встретив отчаянное сопротивление горничной, ничего, кроме бутылки «мартини» так и не достал. Зато возвратившись в комнату, застал в ней своего закадычного приятеля – Лелика. Лелик висел на турнике вверх ногами закрыв глаза и раскачивался, словно груша на ветке.

– Хай, Лелик, – лениво произнес Валик.

Лелик немедленно ссыпался с турника, громко заорав:

– Кто обкуренный? Я обкуренный?

Валик подскочил к товарищу, оттянул ему веки и разочарованно сказал:

– Ну, вот! Не мог меня, что ли дождаться?

Лелик мигал красными, как помидоры, глазами и улыбался так, что было видны гланды.

– Гы-гы-гы! – сказал Лелик и упал на спину, дрыгая ногами.

– Друг называется, – обиделся Валик, откупоривая бутылку.

Лелик, был, конечно, друг – притом лучший. И основание у их дружбы было самое лучшее – общая страсть к виртуальным играм и расширенному сознанию. В экспериментах с последним друзьям удалось достигнуть небывалых высот: они смогли понять мультфильм про ежика в тумане.

Пока Лелик пребывал по ту сторону своего собственного сознания, Валику ничего не оставалось делать, как напялить на себя виртуальный шлем, чтобы наколбасить пока что пару тонн монстров.

Это дело так затянулось, что за это время Лелик отошел. Он поднялся с пола, огляделся, увидел своего товарища, конвульсивно дергающегося в кресле, похихикал над ним немного, приколовшись его андроидному виду, и почувствовал, что ему хочется пить. Заметив на столе початую бутылочку «мартини», Лелик взял ее в одну руку и стал прохаживаться по комнате взад вперед, ища глазами за что зацепиться. Ждать ему пришлось недолго – глаз зацепился за стопку глянцевых журналов для настоящих мужчин, на обложках которых красовались почему-то исключительно голые женские попы. Зацепился он так хорошо, что журналы посыпались с полки на пол, настучав Лелику по макушке.