— Да, эта извращенная раса притчи понимает лучше, чем прямые высказывания…

— Далее, никаких надежд на союз со священниками не осталось. Они настроены резко враждебно к вам.

— Неужели все из-за субботы?

— Суббота — предлог. Синедрион опасается, что ваша деятельность вызовет социальные беспорядки, которые повлекут жестокие репрессии со стороны романцев. Кроме того, вас обвиняют в богохульстве. Но, думается, главная причина наших неудач в том, что наши идеи слишком сильно противоречат натуре аборигенов. Те черты, которые неминуемо ведут их расу к гибели, с их точки зрения, являются самыми естественными.

— Но что же делать? Даже чудеса не могут их убедить.

— С чудесами пора кончать. Аборигенам нужно, чтобы вы кормили их задарма и лечили их больных, но ваши слова они пропускают мимо ушей.

— Как же поступать, когда от меня потребуют чуда?

— Отвечайте, что им было явлено много чудес, но они не уверовали. По неверию же их, больше им знамений не будет.

— Но что же тогда? Неужели мы потерпели крах?

— Выход есть, Эйонс. Последняя возможность. Вы знаете, какую роль играет насилие в их культуре. Их религия придает большое значение жертвоприношениям. Вы должны быть публично казнены с последующим воскрешением; если даже это их не проймет, значит, мы ничего не можем для них сделать.

В этот момент один из учеников проснулся и с ужасом воззрился на Эйонса: облик Наставника полностью преобразился, и от одежд его исходило свечение. Более того, рядом в воздухе висели еще две светящиеся фигуры.

Эйонс выключил аппаратуру связи и только тут заметил испуганный взгляд аборигена.