Еще ходили золотые монеты стоимостью в десять и пятьдесят понгеров. Но их оставалось мало, большинство переплавили, остальные осели у коллекционеров.

Свою форму и оружие они убрали в купленные дорожные сумки. Надели пояса с кобурами, проверили, насколько легко достаются револьверы.

— Точно ковбои, — хмыкал Кир. — Вообще, такое впечатление, что мы на съемочной площадке Голливуда. И снимают какой-нибудь вестерн.

— Похоже, — кивнул Герман. — Сейчас вон из паба Клинт Иствуд выйдет.

Кир покривил губы. Гатулин действительно напоминал американский городок конца девятнадцатого века. И паб был чемто похож на американский салун: двухэтажное здание с широкой вывеской над крыльцом, двустворчатые двери вполовину человеческого роста.

— Там был Дикий запад, здесь Новый восток. Видимо, и нравы похожие.

— Ладно, двигаем в паб. Надеюсь, на обед денег хватит.

Здешний паб был одновременно и гостиницей. На втором этаже имелись несколько номеров. Но только для тех, кого хозяин заведения знал лично.

А первый этаж представлял собой симбиоз кафе и ресторана. Большой бар с длинной стойкой, несколько рядов столиков. В дальнем углу что-то вроде подиума. Похоже, здесь изредка выступали заезжие или местные менестрели.

Именовался паб незатейливо, но емко: «У гряды». Видимо, с намеком, что иных заведений ближе к Степи нет.

У входа в паб была коновязь, но наемники отвели коней в конюшню на заднем дворе. За пользование конюшней взималась отдельная плата, однако земляне предпочли переплатить, чем потерять вещи.

Когда друзья вошли в зал, взгляды присутствующих скрестились на них. Новички на границе всегда вызывают интерес. Еще одни искатели удачи в Степи, а значит, для кого-то конкуренты, а для кого-то — клиенты.

Наемники заняли угловой стол у окна, в которое видна дорожка к конюшне. Сели лицом к входу. И осмотрели зал.