Остальные робинзоны паковали немногочисленные ценности, затем Павел и Анна сели что-то писать на бересте, которую доставляли два десятка помощников волхва. После полудня, одурев от полученной информации, Лосев позволил сделать перерыв на обед, и снова засел за писанину. Но, вскоре прекратил и отдал Наташе клочки чистой бересты, чтобы она написала, что считает нужным. Сам подсел к Судиславу и вполголоса начал обсуждать вопросы открытия портала. Наконец, солнце прислонилось к горизонту и волхвы стали выстраиваться на поляне, окружённые помощниками.

– Давайте прощаться, – объявил Сергей, с грустной улыбкой на лице, – не поминайте лихом.

Робинзоны по очереди обнялись, Павел шепнул, что оба ружья и все патроны оставляет, берёт свой пустой ПМ. Наташа плакала и пыталась сказать, что остаётся, но, сыщик пресёк такие попытки словами,

– Мне будет спокойнее, если ты уйдёшь и будешь в безопасности. Первобытное общество состарит тебя к сорока годам, дома же ты будешь счастлива и родишь много детей, поверь мне, я избранный. Сына назови Сергеем. – И объявил для всех, – Не поминайте лихом.

Волхвы затянули непонятную песню, со странной мелодией, прерываемой барабанным боем. Затем барабаны начали бить, как пять месяцев назад, в Соколовке. Волхвы с помощниками передвигались по поляне, соблюдая определённые траектории движения и составляя концентрические круги. Старшего из них подвели под руки к центру круга, усадив на принесённый камень. Тот не делал никаких движений, просто сидел, глядя вниз. Барабаны изменили ритм, волхвы замолкли и направили руки к центру образованных помощниками кругов. Медленно нарастало напряжение, его стали чувствовать все робинзоны, а Вуйко и Ланко упали на колени, зажимая голову руками, словно от сильной боли. Волхвы начали произносить ритмичные звуки, непохожие на разумную речь, но, вызывавшие дрожание в груди всех собравшихся на поляне людей. Вдруг всё оборвалось, а в центре кругов появился вход в пещеру.