Брут побледнел.

— А что Джадмар? Пришлет ли Джадмар воинов? — спросил гонец в свою очередь, ведь кроме него многие были посланы в близлежащие города просить о помощи.

— Не знаю, — ответил Брут. — Сейчас это не играет роли, потому что армия нищих уже менее чем в трех днях пути от Танелорна, а силам Джадмара понадобится три недели, чтобы добраться до нас.

— А Ракхир?

— Я ничего не слышал о нем. Он еще не вернулся. У меня такое чувство, что он не вернется. Танелорн обречен.

* * *

Ракхир и Ламсар склонились перед тремя маленькими людьми, сидевшими в палатке, но один из повелителей раздраженно сказал:

— Не унижайтесь перед нами, друзья, мы сами более унижены, чем все прочие.

Путешественники выпрямились и стали ждать.

Серые Владыки утверждали, что унижены. Такое утверждение звучало чересчур показным. На самом деле Серые Владыки обладали преувеличенной гордостью. Ракхир понял: здесь нужна скрытая лесть, и не был уверен, что такое ему под силу, поскольку он — воин, а не придворный и не дипломат. Ламсар, не поняв, снова заговорил:

— В гордыне своей, повелители, мы пришли научиться простейшим истинам, которые являются единственными истинами — истинами, которым вы сможете научить нас.

Говоривший с ними, возражая, улыбнулся.

— Не нам определять истину, гость, однако, мы можем предложить наши несовершенные мысли. Они могут заинтересовать вас или помочь найти ваши истины.

— Действительно, это так, — сказал Ракхир, не вполне понимаю с чем он согласился, но посчитав за лучшее не возражать. — И еще мы думаем вот о чем: нет ли у вас каких-нибудь предположений относительно ответа на вопрос, который нас интересует — как защитить Танелорн?