Коробок был и размером больше обычного, и своей расцветкой скорее походил на игрушечный, как если бы придумали детские спички.

— Да ты что, Семеныч, совсем оборзел?! — встрепенулся Олег, вспомнив, что комплекцией-то он побольше.

И схватил за шкирку коварного мужичка. Но тот не стал сопротивляться. В голубоватых глазах появилось виноватое выражение.

— Ну, не серчай ты, утихомирься, — дружелюбно сказал сосед, потрогав Олега за плечо. — Не Семеныч я, а Михалыч. Просто я тебя сразу заподозрил. И надо было убедиться, что ты из нашего Красноярска в Екатеринбург прыгнул через канал, чиркнув моей спичкой.

— Михалыч, — протянул Олег, отпустив соседа. — Стало быть, это твои спички?

Мужичок кивнул.

— И давно ты сюда ходишь?

— Да уж с месяц, наверно, будет, — прищурился Михалыч. — Пойдем-ка, пивка попьем, поболтаем за жизнь, а?

Подходящее место нашли в уличной кафешке под тентом. Сели за свободный столик в углу, у полиэтиленового окна. Михалыч, как и тогда, в родном дворе, оказался "конкретно на мели", и Олег заказал две кружки пива.

Еще не принесли пенный напиток, а мужичок, расстегнув потертый серый пиджак, принялся хвастать, что можно с этими спичками и в Питер, и даже в Лондон, наверное, можно. Только он, Михалыч, не все каналы еще открыл.

— Ты вот сюда как попал? — поинтересовался путешественник. — В смысле, как коробок-то мой нашел?

— Я в магазин пошел, за дюбелями, — начал Олег. — Жена попросила полку повесить, а дома — ни одного дюбеля.

— Эк ты, мастер-ломастер, — добродушно усмехнулся Михалыч.

Официантка в безрукавке и юбке принесла пиво. Вся она, с рук до головы, была в веснушках, будто бы ее посыпали красным перцем.

— Ну и вот, — продолжил Олег. — Купил я дюбеля, "шестерку". А домой решил вернуться через пустырь.