Измена. Убийство. Я не мог связать эти слова ни с одним из четырех Наставников. Даже Заклинатель, столь же искусный в словесной игре, как Вер'Дар, не смог бы сделать этого. Но втайне от четверых моих советников я поделился новостями Джареты с еще двумя людьми, и мысль о собственной опрометчивости ввергала меня в смятение и ужас, пока свет этого проклятого дня угасал перед моими глазами. Наставники не знали о моем путешествии через Мост прошлой ночью, когда одиночество заставило меня бежать к Сейри на краткий и сладостный час. Значит, они не знали и о том, что я рассказал ей об открытии Джареты. Впрочем, уважение Наставников к моей выдающейся супруге было столь велико, что ее никогда не тронула бы и малейшая тень подозрения. Даже Устель и Мен'Тор, постоянно попрекающие меня «неподобающей привязанностью к этому варварскому и бездарному народу», отзывались о Сейри с восхищением.

Но советники мои не знали также и того, что я говорил с тем человеком, благодаря которому талант Джареты смог расправить крылья. В самом сердце крепости лордов он снял с меня рабский ошейник, и лишь это позволило юной чародейке найти средство, с помощью которого можно было бы освободить всех порабощенных дар'нети. Но Наставники не поняли бы, как я мог доверить сокровенную тайну Авонара собственному сыну, бывшему, пускай недолго, Диете-Разрушителем, четвертым лордом Зев'На. Непростительная, непоправимая глупость…

Глава 1

— Се'на давонет, Гире Д'Арнат! Будешь плясать на именинах моей дочки! Я принесла тебе ключ!

Джарета опять опоздала. Пританцовывая, она ворвалась в зал совета, пестрые бусины в ее волосах, на шее и талии постукивали друг о друга, пока она, приподнявшись на цыпочки, кружилась по каменному полу. Я прямо-таки чувствовал, как начинает закипать Устель. Джарета потрясала и возмущала своим поведением многих пожилых дар'нети, кому еще не удалось разглядеть за ее юношеской непочтительностью мудрость.