Шэболд взглянул на Коротышку так, словно тот только что свалился с Луны.

— Ты с ума сошел. Совсем сбрендил.

— Может быть.

Коротышка поиграл тихо звенящими ключами от машины.

— Если вы уедете, оставив меня здесь, я взберусь на скалы и брошусь вниз головой. При этом я могу разбиться насмерть, но, возможно, уцелею. В любом случае вам будет грозить тюремное заключение.

Шэболд ничего не мог понять из рассуждений Коротышки.

— Ты, видать, слабоумный какой-то. Несешь всякую чушь… Пора заткнуть тебе глотку.

— Ага! — торжествующе вскричал Коротышка. — Видишь? Вот ты и попался! Что бы ты ни предпринял, твоя песенка спета. Если убьешь меня, тебя поймают и вся вина ляжет только на тебя одного! Не убьешь меня — так я тебя прикончу… А может быть, прыгну со скалы — кто знает?

— Оружие есть?

— Нет, — ответил Коротышка. — Есть лишь кулаки и ноги. Тебя, Шэболд, я знаю как облупленного. Изучал довольно долго. Иначе не рискнул бы отправиться сюда в твоей компании. Другой на твоем месте пристрелил бы меня запросто. Но только не ты. Ты очень осторожный человек. Ну, шутки в сторону! Тебя когда-нибудь били в морду, Шэболд?

— Нет…

— Что же, тогда получай! — Коротышка ударил его по лицу.

— Что ты делаешь! — вскричал толстяк, хватаясь за рулевое колесо.

— Спорим, что тебя и по коленкам никогда не били, — сказал Коротышка. — Уверен, что с тобой вообще никогда ничего интересного не приключалось… Кроме одного — ты стал мошенником. Как это произошло, Шэболд?

Толстяк захлопал глазами.

— Ты слышал, о чем я спросил? — Коротышка угрожающе надвинулся на Шэболда. — Так что же случилось?