Ли был оглушен услышанным. Что такое сонники, он узнал в школе. Что они смотрят запрещенные сны, он услышал от Бигля. Рузвельт и Кеннеди не убедили, а лишь насторожили его. Но Красная Шапочка... Какой же новый смысл можно вложить в детскую сказку?

- Пока есть только одна возможность почувствовать себя человеком, негромко продолжал док. - Начать с оглупляющих снов...

- Как?

- Не включать сомнифер.

- Я бы не заснул без него, - усомнился Ли.

- Конечно. Это как наркотик. И так же раздражает нервную систему. Сначала просто любопытно, потом втягиваешься. Круговорот развлечений наяву и во сне. Вечером - гипномузыка, ночью - гипносон. И уже не можешь без сомнифера, как без снотворного. Но я, слава богу, не наркоман.

- Сомниферы же не обязательны, - не совсем уверенно сказал Ли. Смотрите естественные сны. Это же не запрещается.

- Кто знает? - горько сказал док. - Странное у нас время.

Он поднялся и подозвал метра. Расплатившись, он наклонился к Ли и спросил:

- Надеюсь, я не сделал вас сонником?

Он рассмеялся не без горечи и, не оглядываясь, пошел к выходу. Ли недоуменно посмотрел ему вслед.

- Кто это? - спросил он у метра.

- Доктор психологии Роберт Стоун, - почтительно сказал тот. - Хороший человек, только со странностями.

3

К показательному допросу можно прибегать лишь

в том случае, когда вина подсудимого не вызывает

сомнений.

Инструкция для старшего персонала блоков СВК.

Ли посмотрел на часы: хорошо, что дежурство кончается.

Он устало потянулся в кресле, закрыл глаза.

И снова, в который раз, будто из затемнения, перед ним возникло грустное лицо доктора. "Кто знает? - сказал он. - Странное у нас время". Почему странное? Ли мучительно искал разрешения неожиданно, возникших сомнений. Не то чтобы доктор поколебал его веру в систему, нет: Ли по-прежнему был убежден в ее великой целесообразности. Просто Стоун, сам того не ведая, приоткрыл ему дверцу в вечный мир вопросов "как?" и "почему?", тревоживших человечество с первой попытки мыслить.