Ли тупо смотрел на потухший экран. Мыслей не было. Был смутный поток воспоминаний, рвущихся из глубины бездонного колодца памяти. Какая-то фраза знакомо мелькнула в нем. Ли попытался схватить ее, как бабочку за крыло, но она ускользала, оставляя на ладони мягкий след пыльцы. И вдруг он поймал ее, такую непонятную тогда на фоне ресторанной гипномузыки: "_Странное у нас время_".

Теперь она стала почти понятной.

4

Уходящим из ночи, убивающим тьму,

факелам рассвета - песня моя!

Из посмертных стихов

казненного поэта-сонника

Бигль был явно в хорошем настроении. Он весело насвистывал что-то, искоса наблюдая за Ли, молча сидевшим у пульта. Ему не нравилось состояние Ли: похоже, что мальчишка не выспался. Проболтался, наверно, с девчонкой, а сейчас зевает.

- Включаю информационную запись блока, - сказал Ли.

На экране появилась диспетчерская космического корабля, и знаменитый космонавигатор Нэд Гарроу что-то прокричал в микрофон. Изображение на экране мелко затряслось, и металлический голос произнес:

- Канал номер шестьсот семьдесят три. Первая экспедиция на Марс. Космический корабль "Реджинальд" попал в метеоритный поток. Добавочная информация к шифру АЮ-восемнадцать - сорок два.

- Конец прошлого века, - сказал-Бигль. - Гарроу тогда бы не выбрался, если б не русские. Какой дурак это смотрит?

Ли нажал клавишу на пульте. Металлический голос снова заговорил:

- Номер шестьсот семьдесят три. Айвен Лоу, студент Харперс-колледжа.

- Студент... - удовлетворенно протянул Бигль. - Я так и думал. Возьму-ка его на заметку.

Ли неприязненно посмотрел на Бигля и выключил экран. Откинувшись в кресле, закрыл глаза: мучительно хотелось спать.

- Что с тобой, малыш? Заболел? - услышал он встревоженный голос Бигля.

- Просто не выспался, - неохотно процедил Ли.