Защелкнув скобы, он выпрямился и попытался покрутить ногами в ботинках, проверяя, не слишком ли слабо затянуты маркера. Слабые маркера - тоже мало радости. Если уж на солидной скорости вылетит лыжа, то перелом получить не хуже, чем от перетянутых маркеров. Он знал, что никогда не застрахован от переломов, но в этом знании, как он полагал, и лежит один из секретов прелести этого занятия, чтобы дойти до грани перелома, чуть-чуть его перейти, закрепиться и еще немного отодвинуть эту грань перелома и грань страха.

Осторожно соскальзывая, он спустился немного вниз, потому что начинать с самого начала он с первого раза не решился - сверху было очень узко и торчали камни.

Теперь перед и под ним лежала верхняя и наиболее приятная часть трассы, которая шла широкой и пологой другой вокруг гряды лежавших впереди камней. Он оттолкнулся.

Так, спокойно, - говорил он себе. - Скорость не набирай. Положение корпуса. Палочки. Все хорошо. Приготовься. Левую руку вперед. Укол - бросок вперед. Так, так, не спеши. Не цепляйся за землю, побудь в невесомости. А теперь плавно на канты...

Первый поворот прошел не плохо, ноги не слишком сильно развело. Теперь он повел лыжи немного круче к склону, сделал еще один и еще один поворот.

Ничего, ничего, неплохо. Теперь заложим пологую дугу. - Скорость возросла. Длинным виражом он стал обходить группу тренирующихся туристов новичков. Они были по пояс голые, и штаны у них были залеплены густой коркой снега от бесконечных падений, и все они усердно тянули лица к солнцу. Он пролетел рядом с кучей лежащей одежды и по неразборчивым крикам, несшимся сзади, понял, что засыпал ее снегом из-под лыж.

Скорость росла. По тому, как ветер разбивал о его лицо плотные комки воздуха, он почувствовал, что находится где-то в районе шестидесяти. Отлично! Отлично! - Ощутил он вопль, и этот крик, казалось, шел не из головы, а простонало все его уверенно расположившееся и свободное тело.