...а валуна на прежнем месте не оказалось.

Один из пассажиров восхитился искусством колдуна. Тот пожал плечами:

- Поверьте, я здесь не при чем.

- Тогда, может, объясните, что же мы видели?

- Охотно. Сей валун был настолько древний, что обрел некое подобие сознания. Я давно наблюдал за ним: доводилось часто проезжать этой дорогой. Камень едва-едва начал обретать зачатки мыслей и чувств, прежде всего способность спать. Ему снились долгие, растянутые на столетия сновидения, в которых он был мотыльком; однако, выпадая из грез, он снова оказывался камнем; и так - эпохи и эпохи. Но с каждым сном его тоска по полету возрастала; в снах он даже начал источать характерные для мотыльков призывные ароматы - и настолько сильные, что привлекал к себе бабочек из самых дальних краев. Сегодня же мы оказались нечаянными свидетелями того, как валун во сне окончательно стал мотыльком - и смог пробудиться мотыльком же...

Мы ехали в починенной карете, а я всё думал, что вряд ли кто-то сейчас отыщет в том рое бабочек единственного мотылька, а через неделю его новая недлинная жизнь завершится. Он оставит после себя потомство - сотню-другую жирных гусениц, которым будет сниться странное: что они - древние валуны, мудрые и преисполненные покоя.

И тогда я всерьез забеспокоился: а не спят ли бабочки на лету?!..