На этот раз летучая тварь впилась в тело коня когтями, появившимися вдруг в ее лапах. Конь попытался освободиться, его позвоночник чуть не сломался в этом тщетном сопротивлении. Химера со своей добычей взмыла в облака.

Снег стал сильнее, но Элрик и Мунглам не замечали его - они стояли рядом в ожидании нападения следующего уная.

Мунглам тихо сказал:

- Может, ты знаешь какое другое заклинание, друг Элрик?

Альбинос покачал головой.

- Ничего, что могло бы помочь нам в этой ситуации. Унаи всегда служили мелнибонийцам. Они никогда нам не угрожали. Поэтому нам и не нужны были заклинания против них. Я пытаюсь придумать…

Химера гоготнула и завыла в воздухе над их головами.

Потом от стаи отделилась еще одна тварь и спикировала на землю.

- Они нападают по одному, - сказал Элрик каким-то отстраненным тоном, словно разглядывая насекомое в бутылке. - Они никогда не нападают стаей. Я не знаю почему.

Унай сел на землю и теперь принял форму слона с огромной головой крокодила.

- Не очень приятное сочетание, - сказал Элрик. Земля сотрясалась под ногами надвигающейся на них твари.

Они ждали ее приближения плечом к плечу. Тварь была почти перед ними…

В последнее мгновение они разделились: Элрик бросился в одну сторону, Мунглам - в другую.

Химера прошла между ними, и Элрик вонзил ей в бок свой меч.

Меч запел чуть ли не сладострастно, глубоко погрузившись в плоть, которая мгновенно изменилась - стала драконом, роняющим огненный яд со своих клыков.

Но тварь получила жестокую рану, из которой хлестала кровь. Химера взвыла и снова изменила свою форму, словно подыскивая такую, в которой рана исчезла бы.

Черная кровь еще сильнее хлестала из ее бока, как будто усилия, потраченные на изменения, увеличили рану.

Тварь упала на колени, блеск исчез с ее перьев, ушел с ее чешуи, выветрился с ее кожи. Она дернула ногами и замерла - тяжелое, черное, свиноподобное существо, уродливее которого ни Элрику, ни Мунгламу не доводилось видеть.