— Ладно, не ной. Выберешься. За мужа переживаешь?

— Нету у меня мужа. Погулять еще хочу.

— Вот-вот, все вы, городские, так. Погулять, а потом замуж за богатого да чтоб претензий не имел. — Лариса налила в большую чашку куриного бульона, накрошила туда чеснока, бросила какой-то пахучей травки, подошла с чашкой к Ирине. — Сейчас мы тебе силы вернем.

— Спасибо. — Ирина принялась маленькими глотками отхлебывать бульон.

Опьянение почти прошло, боль в плече стала тупой и вполне терпимой, и она, напившись горячего бульона, теперь захотела спать.

— Спи-спи, сон лучшее лекарство, — сказала Лариса.

«Есть же еще хорошие люди на земле», — подумала Ирина, закрывая глаза. Сон тут же навалился на нее. Она вдруг увидела себя маленькой девочкой в ситцевом платьице, качающейся на качелях. Вверх-вниз, вверх-вниз. И мгновенное ощущение невесомости, от которого захватывает дух.

Неожиданно раздался звук бьющегося стекла. Во сне Ирина подумала, что ей показалось, но в следующее мгновение в подсознании родилось острое ощущение опасности. Она открыла глаза и увидела Ларису, которая ползла на четвереньках от окна.

— Что это? — испуганно спросила Ирина.

— На пол! На пол! — сказала Лариса почему-то шепотом.

Ирина осторожно, стараясь не задеть раненое плечо, в одеяле спустилась на пол. Лариса отползла в угол, где стоял большой металлический ящик, открыла дверцу, достала охотничье ружье, переломила его и принялась заряжать.

— Что это? — повторила Ирина тоже шепотом.

— Что, что, стреляли. Ничего, сейчас мы их пригладим картечью, неповадно будет, — пообещала Лариса. Зарядив ружье, она поднялась и осторожно приблизилась к оконному проему. — Ты лежи, не бойся, — сказала она.

— Это мои. Тс, которые за мной, — пролепетала Ирина.

— Твои, не твои. Какая разница? — Лариса ударом ствола выбила осколки оконного стекла и произвела два выстрела, от которых Ирина тут же оглохла.