- Не стой под струей, - звучит в наушниках насмешливый голос Десятки. - Шампунь дать?

- Шестерка! Шестерка, что там у тебя? Отвечай! - орет Дама. - Девятка, что с Шестеркой?

- Су-у-ка! Волчара позорный! - повторный рев Семерки, слышимый безо всякого передатчика. - Убью-ю-ю шавку!

- Оживленное движение в окнах десятого этажа, - извещает Десятка. - Шестера, Девятка готовьтесь, Волки двигнулись вниз. Вероятно вы у них на пути. Их много!

- Рекомендую временно укрыться и переждать ротацию сил противника. Вероятно, что вожак не будет принимать участия в бою. - Монотонным спокойствием звучит Восьмерка. - Мы оттянем силы на себя вниз. У вас будет шанс попасть на верхний этаж. Учитывая какой шорох здесь навел Семерка, - он помедлил как бы собираясь сказать что-то в его адрес но передумал, - рядом с вожаком никого кроме телохранителей быть не должно. Шестерка ты меня слышишь?

Я пытаюсь что-то ответить, но из губ вырывается лишь хрип, а вслед за ним на панцирь выплескивается фонтан крови. Ничего этого я не вижу, вполне достаточно одних ощущений.

Эфир заполняется криками и отборной руганью. Что-то невнятно орет Семерка, перекрикивая гул собственного пулемета. Шепот Восьмерки наполняет уши, создает фон для этой какофонии, а голос Десятки вслух отсчитывающего количество жертв своей снайперской винтовки выступает в нем первой скрипкой.

Похоже на этот раз мы крупно влипли. Судя по звукам, бой идет не шуточный - со стороны противника стволов двадцать, как минимум.

Глухо ахнул близкий взрыв, и по стенке частой россыпью застучали осколки. Что-то упало мне прямо в ладонь, как мелкая монетка нищему, просящему подаяния.