- Ну как же? Посмотрите, разве это не Ваша печать стоит на документе? кардинал протянул гербовую бумагу герцогу.

- Моя.

- Разве может кто-либо еще воспользоваться Вашей печатью?

- Нет.

- Так что? Можете что-нибудь сказать? - кардинал торжествующе улыбнулся.

- Это провокация! - герцог встал. - Я не отдавал таких приказов, и я не получал за это денег!

- Ну конечно! - кардинал насмешливо кивнул головой. - Провокация и заговор. Господа, - кардинал обернулся к членам Собрания, - предлагаю отстранить Его Сиятельство герцога от должности Председателя Собрания и Главнокомандующего, а также арестовать его по подозрению в измене Родине и назначить комиссию для тщательного расследования данных инцидентов. Предлагаю голосовать.

Герцог сидел, закрыв лицо ладонями. Стар, он действительно стал слишком стар! Как он проглядел?... Фирреа, его секретарь, только он имел доступ, только он мог подсунуть ему эти приказы на подпись. Фирреа, сын друга. Сын погибшего друга, и сентиментальные воспоминания заслонили, закрыли собой реального человека позади теней прошлого... Они возобновляют наступление. Что же теперь будет?...

- Ваше Сиятельство?

Герцог отнял руки от лица.

- Кардинал?

- Прощайте, герцог.

- Я не отдавал этих приказов. Я не брал денег у демонистов!

- Я знаю.

- Тогда почему?...

- Потому! - взгляд кардинала стал вдруг бешенным, сумасшедшим. - Потому, что я не позволю воровать у нас победу! Не позволю вставать на пути Божественного промысла! Ты говорил - маятник? - кардинал наклонился к герцогу. - Ты прав, это действительно маятник, но только на этот раз Боги против! Мы можем полностью их уничтожить, и мы, наконец, сделаем это, чего бы нам это не стоило!

- Господин барон...

- А? - барон фон Киц оторвался от бумаг, поднял взгляд. - Таррант, мальчик мой! - секунда, и улыбающийся фон Ритз очутился в медвежьих объятиях барона. Жив! Жив, Боги тебя разрази!