- Пловцы! - скомандовал Мёльни.

Вагары подхватили легкие лодочки: в каждой уже сидел, сжимая двойное весло, пловец, - и швырнули их через борта дракена. Пловцы, мгновенно восстановив равновесие, прянули навстречу развернувшемуся хармшарку. Раненый хищник крушит все, что попадается на пути. Дракену от его не увернуться, маленькой кайке - легче.

Хармшарк неистовствовал. Бивень его, вырываясь из воды, рассекал воздух, словно гигантский меч, изогнутый хвостовой плавник рвал воду. Господин Имирова моря был втрое длинней кайков. И вдесятеро быстрей. Но пловцы вертелись совсем близко и, когда хармшарк бросался на одного - другие тут же оказывались рядом, едва не касаясь бортами черной усеянной крохотными шипами шкуры северной акулы.

Серповидный хвост хармшарка задел один из кайков и лодочку подбросило на несколько локтей вверх.

Коль выругался. Пловец упал боком. Два других тут же возникли на пути акулы. Отвлекли.

- Поднялся, - помощник кормчего облегченно вздохнул.

Потопить кайк трудно. Кожаный, затянутый вокруг пояса пловца фартук не пропускает воду. Но если пловец теряет сознание, то кайк переворачивается.

Коль разворачивал катапульту вслед за рыскающим хармшарком, выжидая. Дракен, направляемый умелой рукой Мёльни, обходил акулу по большой дуге.

- Банг!

Улучив момент Коль выпустил вторую стрелу. С добрых сорока локтей он ухитрился попасть в голову мечущегося хармшарка.

Семеро вагаров одобрительно прищелкнули языками.

Но до конца смертельной охоты еще далеко. Двумя стрелами такую громадину не убьешь.

От новой боли хармшарк выметнулся из воды - и падая, задел одну из лодок. Кайк перевернуло и бросило прямо под удар бивня.

Клочья разорванной кожи, изогнувшееся человеческое тело - совсем маленькое рядом с господином Имирова моря, - изогнутый хвост вспахивает воду, черный плавник ложится вправо - и пловца больше нет.