…Как и предполагал Тхор, над нашим старым «хвостом» поработали спецы экстра-класса: проблемы начались за четыре часа до выхода на орбиту Бенедикта, причем сразу и необратимо.

– Нестабилен по крену, двадцать влево, – с ухмылкой сообщил мне Перси. – Тхор утверждает, что сейчас его начнет «качать» еще и в канале относительного тангажа.

– Грубо говоря, мы разваливаемся, – подытожил я. – Но теперь мне начинает казаться, что до терминала мы все же дотянем.

– Очень похоже. Если я хоть что-то понимаю, эти фокусники сымитировали нам некий естественный износ. Как бы это все не закончилось штрафом!

Пожав плечами, я отправился в свою каюту заниматься документами. Этот порядок был заведен уже давно: несмотря на то, что формально мы с Перси владели «Гермесом» на равных паях, с чинушами, как правило, общался именно я. Сэр Персиваль утверждал, что моя харя выглядит не в пример представительней, чем его – а Тхора после скотской истории на Фиммоне мы вообще старались показывать как можно реже. Тогда, надо сказать, нервов я попортил себе немало – но спас нас тот же вертлявый Перси… Да впрочем, что б я без него, по совести говоря, делал? Не будь Перси, не было бы ни «Гермеса», ни нашей маленькой команды, а старина Тхор, возможно, навсегда остался бы болтаться в космосе заледеневшим трупиком.

Еще раз просмотрев контракт с нашим виртуальным нанимателем с Андреса, я приготовил его к отправке и решил почистить на всякий случай зубы. Некоторые чиновники портовых служб до того не любят нашего брата-дальнобойщика, что отказываются разговаривать с человеком, от которого, подумать только, пахнет чесноком!

Едва я нажал выключатель на черенке зубной щетки, как нас затрясло. «Гермес» входил в условную гравитационную зону терминала, и полуразваленный хвост колотил его куда сильнее, чем я мог ожидать.