Затем эта печаль прошла, и она мысленно представила себе своего дядю - этого большого добродушного и славного старика с его громким смехом и любовью к ней. Он всегда твердо верил, что в самом скором будущем откроет богатые залежи золота. Какую бурю поднимет он в деревне, когда узнает о её похищении! Неожиданно Жанна вспомнила о Джиме Клайве, главном виновнике её настоящего положения. За это время он ни разу не вспомнился ей. Как приятно было знать, что он заступился за неё и умолчал об этом! Если рассудить, то, в общем, она неправильно о нем судила. Ведь, по существу, она ненавидела его за то, что он ей нравился, а может быть, и больше. Эта мысль поразила её. Она тотчас же вспомнила его поцелуи и снова вся загорелась от возмущения. Если она и ненавидит его, то по крайней мере ненависть эта теперь является её долгом. Парень он был всегда довольно безалаберный, бегал за ней, точно собачонка, и служил мишенью для насмешек всей деревни. Его поведение нередко давало повод друзьям и остальным её кавалерам думать, что он ей нравится больше других. Однако теперь все выглядело иначе. Где-то он теперь? Джим поехал к границе с отчаянным намерением отыскать Келса и Гульдена, этих страшных и разнузданных главарей шайки. Он и Келс должны встретиться. "Джим найдет её в плену у Келса, и тогда... тогда начнется сплошной кошмар!" - подумала Жанна.

Эта невозможная встреча снова глубоко взволновала её и пробудила прежний ужас. Но в этой странной дрожи скрывался не один только страх. В её душе в эту минуту пробудилось новое чувство. С бьющимся от волнения сердцем она проверяла эту новую сторону своего существа, борясь со смущением, стыдом и недоверием.

Пока в её уме одна мысль сменяла другую, часы летели, и дорога шла то круто в гору, то под гору. Бесконечные холмы предшествовали цепи гор.

Наконец Келс остановился у покрытого зеленой тиной болотистого ручья.