Предохранитель и переводчик огня оригинальной конструкции они раскусили сразу, а вот разборка карабина заняла у них довольно много времени, пока Кемпке не нажал на защелку и не смог отделить крышку сложной формы, закрывающую затвор. Простая и элегантная конструкция затвора, разбирающегося без всяких инструментов, восхитила всех. Понравился и емкий секторный магазин, судя по виду вмещающий около 2530 патронов. Патроны были не менее интересны. Гильзы, покрытые лаком, явно не из латуни, короткие, сантиметра 4 в длину. Сам патрон на фоне маузеровского смотрелся коротышкой, но был несколько больше и мощнее пистолетного. Обсуждение карабина затянулось допоздна и было прервано только огневым налетом русской артиллерии, хотя весьма неточным, и ночной темнотой.

Утром же пришел новый приказ - обойти город справа и занять оборону, приготовившись к отражению возможной танковой атаки русских.

Поднятые по тревоге солдаты, разгоняя в накопившуюся за ночь стылость, собирали палатки, торопясь подкатывали и цепляли пушки к машинам, запускали и прогревали двигатели автомобилей. А сам Винцер с несколькими солдатами и лейтенантом Штейнбергом отправился на рекогносцировку позиции. Увиденное отнюдь не придавало оптимизма - на ровном поле с несколькими небольшими рядами деревьев и оврагом, полностью залитым водой отнюдь не было подходящей позицией. Но положение, вернее приказ обязывал, и мысленно вздохнув, Винцер принялся распределять позиции взводов, чьи машины уже приближались.

- Интересно, а ведь поле то вспаханное. И, похоже, что деревья посажены специально - заметил лейтенант Штейнберг - Впрочем, неплохо. Вряд ли танки смогут пройти по центру этой грязевой равнины.

- Точно - подтвердил Винцер. - Так… КП оставляем здесь, на пригорке. Двумя взводами перекрываем дорогу, а твой взвод, Рудольф, поставим за оврагом, пусть на всякий случай следит за полем. И поспешите, бой приближается. Калибр явно немаленький. Неужели тяжелые танки?