— Ну же, Гримми, — гном, сидевший слева, толкнул под руку своего молчаливого соседа.

— Мы ждем, — сидевший справа, стукнул своим пудовым кулаком молчаливого соседе в плечо. Отчего тот даже не поморщился.

— И нечего толкаться. Я всегда знал, что вас нельзя пускать в приличное общество.

Кого он считал приличным обществом? Если меня, то признаюсь, лестно. Больше же никого в таверне кроме хозяина и служанки не было.

— Ты по делу говори, по делу. Идти нам в Абудаг, как собирались, или вернуться обратно?

— А может, все это только слухи?

— Ага, а обоз с беженцами нам привиделся, — съязвил Нимли, — они просто выехали покататься. Вместе со скарбом, скотом, женщинами и детьми.

Обоз? Это что-то новенькое. Похоже, война набирает свои обороты. Что еще может заставить людей сняться с насиженных мест, бросить хозяйство и отправиться в путь? Почти в неизвестность, на необжитые земли, только с тем, что удалось прихватить с собой. Не люблю войну, хорошо, что путь мой лежит подальше отсюда. Но о чем интересно спорят гномы? Что заставило их поменять планы? Не известие ли о новой войне? Но гномы практически не ведут войн. Мастера они отменные — рудознатцы, кузнецы, строители. А вот воины… Не слышал я о том, чтобы гномы участвовали в войне.

— Может и не привиделся. Только еще неизвестно куда двинется орда тилукменов.

— Куда? Ты спрашиваешь куда? С этой стороны гор нет больше никого кроме нашего народа, кто еще не был бы ими завоеван. Уж не считаешь ли ты, что они двинутся на империю?

Гримми задумчиво теребил бороду. Крепости империи надежно прикрывали ее границы, а закованные в броню хорошо обученные легионы были кочевникам пока что не по зубам.

Это что же, кочевники надумали напасть на гномов…? О таком мне слышать не приходилось. Но орда и правда слишком уж разрослась. Чтобы удержать всю эту лавину собранных вместе из разных племен людей, нужны походы. Желательно успешные. Поэтому империи пока ничего не грозит. А вот гномам? Никогда не слышал, чтобы пытались завоевать гномов.