— Я вам даю прекрасную команду, капитан, отлично вооруженную, не боящуюся джунглей, — хрипло говорил ди Ногейра Майку, когда перед посадкой в «алуэты» шестьдесят командос выстроились на маленьком лесном аэродроме возле Гидау — столицы Колонии.

Высокий, широкоплечий, одетый в выгоревший костюм десантника, со старомодным моноклем в правой глазнице, в руке трость с затейливой инкрустацией, он важно вышагивал впереди Майка. Именно таким описывали генерала журналисты: рыцарем и джентльменом, солдатом без страха и упрека.

— На этих вы тоже можете положиться, — продолжал генерал, тыча тростью в сторону десятка африканцев, стоявших отдельно. — Они из тех мест, где вам предстоит действовать. Но если кто-нибудь из них попадет в руки мятежников… — генерал чуть помедлил и усмехнулся, — с него живьем сдерут шкуру.

Африканцы не сводили глаз с начальства, а Майку вдруг вспомнился сержант Аде, он же капитан Морис — офицер разведки Боганы. Он вот так же преданно таращил глаза в тренировочном лагере, где наемники готовились к операции «Сарыч» — морскому десанту в Богану. Который же из этих, идущих теперь проводниками его отряда, окажется предателем? Может быть, вон тот, толстый коротышка в рваных солдатских брюках и грязной голубой майке с портретом какого-то африканского лидера, какого — невозможно разобрать, настолько выгорела майка. Или вот этот, с курчавой бородкой, босой, но в новеньком, салатового цвета тропическом шлеме? Когда-то в таких шлемах карикатуристы изображали колонизаторов, теперь их носят лишь африканцы, у белых это считается дурным тоном.

— Вы, я вижу, им не верите? Кстати, как звали того парня, который вас отпустил?

— Капитан Морис, — ответил Майк лишь на последний вопрос, стараясь подавить в себе неприятное чувство: казалось, генерал вновь и вновь проверяет его.