В поле зрения высветилось в столбик множество решений:
"Сыграть в бинго-бонго"
"Самоуничтожиться"
"Индивидуально сбежать"
"Организованно отступить"
"Построится в две цепочки и повести обстрел"
"Рассредоточится по естественным укрытиям и приступить к активной обороне".
Лейтенант с помощью светящейся линии выбрал последнее, и процессор автоматически выделил цветом все естественные укрытия на местности. В поле зрения возник вопрос "Исполнять?" и рядом два ответа: "Да" и "Нет".
Лейтенант ответственно пометил стрелочкой слово "Да".
Факелы зенитных ракет рванулись в сторону летучего врага, их кассетные головки лопались по дороге, разбрасывая искорки боевых элементов.
Пространство над арматурными зарослями зарябило вспышками и надписями: "Воздушная цель уничтожена, расход одна головка, вам выписана премия".
Впрочем один пронырливый птерокибер успел швырнуть в полицавров свою горсть ракет.
"Мухи" , резко меняя траектории, засновали над кустарником.
На их ловлю ринулись противоракеты с протоинтеллектом на уровне стрижа. Видеосенсоры противоракет были одновременно и глазами лейтенанта. Их процессоры были сетевой периферией его процессора.
Я больше не человек, подумал Коммков. Я - Р36.Комм, командир отряда машинной полиции, кибернетических ментов, легавых полицавров. Однако тоже лейтенант. Вернее роболейтенант. Хоть это радует.
Из затрепетавших арматурных зарослей выскочило несколько зверомашин. Кто на гусеницах, кто на сверхскользкой соплеподушке из нанороликов, кто на двух-трех-четырех конечностях рычажного типа.
Они были разных габаритов, но одинаково быстрые и злые. Примитивные твари извергали молнии и тяжелый рок, забивая низкочастотным шумом воздух и радиодиапазоны.
Несколькими удачными выстрелами роболейтенант поразил в сенсорный пятак стального кабана, выполняющего функции бас-гитариста, и подбил машину, напоминающую разожравшегося саблезубого тигра.