Я спросила их:

- Вы видели Капитана?

Оба переглянулись. Затем коротышка, уставившись в землю, ответил:

- Капитан мертв. Госпожа. Он погиб, пытаясь остановить отступление, вновь собрать людей вокруг знамени. Рам видел это. Как стрела пронзила его сердце.

Я опустилась на землю. Что тут можно было сказать? Я знала это. Я видела это собственными глазами. Но не хотела этому верить. Понятно, что до сих пор во мне теплилась крохотная надежда, но увы...

Не знаю, как можно выдержать такую боль. Черт возьми, ведь Костоправ был всего лишь мужчиной. Как же я так попалась? Я не сознавала, что все зайдет так далеко.

Горюй не горюй, ничего не изменишь: Я поднялась.

- Мы проиграли сражение, но война продолжается. И Хозяева Теней еще пожалеют о том дне, когда они решили напасть на Таглиос. Как вас зовут?

Карлик представился:

- Нарайян, Госпожа. - Он ухмыльнулся. - Пошутили со мной. Мое имя шадаритское. Сам он явно был гуннитом.

- Я похож на него? - Он мотнул головой на того, который был настоящим шадаритом.

Шадариты, как правило, были высокими, тяжеловесными и волосатыми. У великана голова была похожа на клубок витой проволоки, откуда выглядывали глазки.

- Я был разносчиком овощей, до тех пор пока Хозяева Теней не явились в Хатовар и не обратили в рабство каждого, кто пережил осаду города.

Должно быть, это случилось в прошлом году, еще до того, как наш Отряд пришел в Таглиос. Лебедь и Махер тогда выбивались из сил, пытаясь отразить первое нападение на город.

- А моего приятеля зовут Рам. Он - возчик из Таглиоса. Был им до того, как вступил в войско.

- А почему он назвал тебя джамадаром? Нарайян взглянул на Рама, ухмыльнулся, обнажив гнилые зубы, и, наклонившись ко мне, прошептал:

- Рам не очень умен. Он сильный и выносливый, словно вол, но с мозгами у него слабовато.