Он вышел.

– Действительно, – сказал Василий, дюжий парень, очевидно, тоже пилот, которого Александр Синяев раньше не видел, но которого узнал по голосу. – Зачем вам эта вещь?

– Это кобура, – объяснил Александр Синяев. – Из-под пистолета.

– А что такое пистолет?

– Василий, – укоризненно сказал Монин. – У меня тоже есть пистолет. Я дам тебе как-нибудь пострелять.

– А куда делся ваш пистолет?

– У меня его никогда не было, – объяснил Александр Синяев. – Зачем же мне пистолет?

Люди снова заулыбались. Александр Синяев еще раз ошибся, но они этого опять не заметили.

– Товарищи, – сказал руководитель научной группы Анатолий Толейко. – Мы, по-моему, забыли о деле. Нам надо поесть и заодно обсудить план высадки.

– Без меня, – сказал Монин. – А вы, Николай?

Бабич пожал плечами.

– Я на вахте.

Александр Синяев и остальные люди гурьбой вышли из рубки, оставив там Монина и Бабича. Насколько он понимал, все направлялись в каюткомпанию. Его коллега Василий шагал рядом и задавал вопросы, как на экзамене. Александр Синяев отвечал по возможности лаконично, чтобы не наделать новых ошибок.

– Как вы поступаете, когда при заходе на посадку на вас налетает смерч? – спрашивал Василий.

– Сажусь.

– А если отказывает шасси?

– Планирую на днище.

– А если корпус поврежден?

– Тогда смерч сажает меня сам.

– Товарищи, – сказал руководитель научной группы Анатолий Толейко. – Нельзя ли хотя бы здесь без этих идиотских тестов?

– Я уже все, – сказал Василий. – Мы уже прекратили.

Позже, в кают-компании, Александр Синяев отчетливо слышал, как он сказал, наклонившись к соседу, еще одному их коллеге:

– Это пилот высочайшего класса. Он ответил на самые каверзные вопросы.

Людей за столом было много, все они что-то ели, и Александр Синяев мог спокойно приглядываться к ним и прислушиваться к их разговорам. Руководитель научной группы Анатолий Толейко, сидевший недалеко от него, беседовал со своим помощником, который специально выбрал место напротив.