Элиас откашлялся, готовясь заговорить, но тотчас остановился. Мик все еще стоял перед ним и ухмылялся, прижимая кейс к груди. Элиас не повернулся, не хотел уставиться прямо в дуло пистолета.

- Пожалуйста. Но ты выбрал… странный способ отблагодарить меня - если позволишь заметить.

- Ты врал Мала, Мюррей, ты здорово нас надул. Это плохо. Мала добры к своим людям, но очень злы, когда их накалывают. Не стоит обманывать Мала, нет, - изрек Джош, и Элиасу показалось, что его голос полон искренней скорби. Подобную жалость мог бы испытывать человек к раненому животному, найденному у обочины дороги, прямо перед тем, как сломать ему шею.

- Я не врал тебе, Джош. Я ваш друг. Я от Мала Пата ничего, кроме добра, не видел.

Удар оказался резким, неожиданным. Элиас грохнулся на пол, прямо между Миком и Джошем. Голова наполнилась болью, и сначала Элиас подумал, что Джош в него выстрелил. Затем понял, что Джош просто ударил его по затылку, вероятно, рукояткой.

Краем сознания он отметил тех двоих, все еще фасующих порошок в маленькие пакетики. Один из них взглянул в сторону Элиаса с выражением веселого презрения.

- Я все слышал, Мюррей. Ты встречаешься с полицией, передаешь информацию. Скверно, очень скверно. Ты рассказываешь полиции, Лондону все, что они хотят знать о Мала Пата, об Аркологиях. Что ты получаешь за это, Мюррей? Сколько они тебе платят, когда ты знаешь, что любой, обманувший Мала Пата, всегда оказывается мертвым? Поэтому не ври мне, Мюррей. Я все знаю.

В голове еще пульсировала боль, но по крайней мере Элиас снова мог думать. Он чуть повернулся на бок, стараясь не терять бдительности. Ему был виден кейс, все еще сжатый в потных ручонках Мика. Блайта в нем хватило бы, чтобы опустошить пол-Европы.

- С каких пор Мала Пата торгует биологическим оружием, Джош? - спросил Элиас, не делая попытки встать. - Ты должен знать, что в этом кейсе. Это называется Блайт.