- Не надо, сынок, вдруг это опасно?

- Да ничего страшного! Смотри!

Я лихо протиснулся в щель и почему-то возникло ощущение, что я попал д о м о й.

- Мам, иди сюда!

Ветер заглушал мои слова, но мама услышала и кое-как пробралась ко мне. Сразу зябко поежилась - здесь климат не регулировался и было довольно холодно. Но сразу лезть обратно под Купол я не хотел.

- Мам, пойдем к реке! Ну, пожалуйста!

- Идем, только куртку застегни, простудишься.

Вы когда-нибудь трогали воду? Не ту жалкую струйку, текущую из крана, а огромную бурлящую груду воды, которая называется "река"? Я лежал на каменном парапете пузом вниз и вода, холодная и настоящая, окатывала меня брызгами и хватала мои руки.

- Пашка, ты же весь промок! Вставай сейчас же!

- Да пустяки, мам, сейчас просохну!

- Идем, уже темнеет!

Действительно, вокруг заметно стемнело. Странно, ведь еще только шесть часов... Ах да, ведь сейчас осень, под Куполом наверняка искусственное освещение включают! Я оглянулся - так и есть, громада Купола мягко светилась изнутри.

- Подожди, мам, давай еще чуть-чуть постоим! Или нет, давай пройдемся к мосту!

- Ты с ума сошел, до него не меньше часа идти!

- Ну и что, все равно я завтра выходной!

- Но ты же весь мокрый, простудишься!

- Да ерунда! Сейчас такая медицина, что мертвого поднимут и петь заставят, - вспомнил я слова Примы.

Почему-то мама согласилась - наверное, ей не меньше меня хотелось подойти поближе к Старому городу. А город оказался ближе, чем мост - первый дом мы увидели минут через десять. Серая, составленная из маленьких прямоугольных камней, коробка, уныло смотрела на нас пятью рядами темных окон. Из-за него выглядывали еще два таких же дома, а дальше начиналась неширокая улица - с провалившимся асфальтом и буйной зеленью по бокам. Мы прошли мимо дома - изнутри пахнуло сыростью и плесенью - и пошли по улице, обходя трещины и провалы.