Святослав прошел в ванную, зажег свет. Из зеркала на него смотрел изрядно заспанный, но достаточно привлекательный молодой человек. Волосы темные, торчат ежиком. Карие глаза, как говорят, очень красивые. Девушки на них постоянно обращают внимание. Не без удовольствия окинул взглядом Святослав мускулистый торс, длинные ноги спортсмена. Неожиданно закружилась голова, мир качнулся, заставив Святослава ухватиться за раковину, и тут Святославу показалось, что на него из зеркала смотрит совсем другой человек. То есть не совсем другой, черты лица его, Святослава. Но волосы рыжие, темно-багровыми волнами спадают на плечи. Пряди треплет неведомо откуда взявшийся вечер. Глаза у отражения оказались голубые, а на губах застыла ядовитая ухмылка.

Святослав затряс головой, отгоняя видение, закрыл глаза. А когда открыл, то все стало как надо: зеркало исправно отражало, как ему и положено. «Что только ночью не примерещится» – Святослав сполоснул лицо, и отправился спать. Не до полуночных бдений – завтра на работу. А за окном истошно выла собака…

Утро привычно встретило серым московским туманом и ревом автомобилей. Святослав позавтракал, наскоро собрался, и вскоре влился в поток пассажиров, текущий в ненасытную пасть метро. Москвичи ехали на работу. Досыпал Святослав на ходу. Автоматически проехал привычным эскалатором, втиснулся в вагон. И тут восприятие решило поиграть еще раз. Огонек, что так и поселился в груди с ночи, вспыхнул огненным фонтаном, заставив Святослава задохнуться. В ужасе Святослав закрыл глаза, а когда открыл, едва сдержал крик: соседи по вагону, самые обычные люди, показались ему уродливыми куклами, декорациями на сцене. Захотелось крикнуть, разорвать декорации к чертовой бабушке, увидеть настоящий мир. Но нахлынула слабость, огонь в груди опал, оставив серый пепел равнодушия. Лишь холодный пот тек по лицу Святослава, и дыхание вырывалось хриплое, шумное. Святослав затравленно огляделся, но приступ, похоже, никто не заметил.