Очистив сумочки, Райан отнес их обратно в женскую спальню. Хоть бы раз все они оказались в одном месте. Но боже мой, только семь тут, а остальные, видимо, раскиданы по всему дому. Когда настанет пора уезжать, здорово нагрузившиеся женщины будут носиться туда-сюда, причитая: "Никак не найду мою сумочку!" А мужья, нагрузившиеся еще больше жен, будут ворчать: "Ну куда же ты ее подевала?" Начнут проверять свои карманы, но ничего в них не найдут, кроме носовых платков да расчесок.

Райан задержался в ванной, открыл аптечку. Забавно с этими аптечками – полным-полно всякой белиберды: лекарств, косметики, какой он никогда в жизни видел. Взял с полки флакон "Джейд Ист" и, исследуя этикетку, вошел в спальню.

Билли Руис уставился на него широко вытаращенными глазами:

– Что ты делаешь?

Райан растер подбородок лосьоном после бритья, поднял палец, поднес его к носу, замер. Обождав, осторожно закрутил пробку, бросил флакон на постель. И тут с лестницы донесся звук. Потом послышались шаги в коридоре. Ручка двери повернулась.

Стоявший у дальней от двери стороны кровати Райан увидел повернувшуюся ручку и одновременно выражение лица Руиса. "Надо к нему подойти, – подумал он. – Дотронуться до него". Тихо метнулся к Руису, стоявшему в ногах кровати, схватил его за плечо.

Ручка вновь завертелась туда-сюда, ее крутили, дергали и толкали.

– Эй, кто там? – Пауза. – Ну-ка, откройте!

Райан еще обождал, потом сказал:

– Минуточку, – и шагнул к платяному шкафу. Перебрал висевшие там свитеры, спортивные куртки, брюки. Нашел три пачки купюр, бросил их в пивную коробку.