Эрика правильно предложила первым делом отправиться в коновальню. Там Клэр перевязали лодыжку и приложили лед, и, нахмурив брови, смазали начавшие проявляться синяки. Ничего не сломано, но ей придется несколько дней походить черно-синей. Доктор спросил для проформы о ее парне. Но так как в виду полного отсутствия такового, Клэр могла честно сказать, что ее парень ее не бьет, врач лишь пожал плечами и велел ей внимательнее смотреть под ноги.

Так же он выписал ей справку, дал немного обезболивающего и отправил домой.

Она ни за что не пойдет обратно в общежитие! По правде сказать, у нее в комнате было не много вещей: несколько книг, несколько фотографий из дома, несколько постеров… У нее даже язык не поворачивался назвать эту комнату домом , и в любом случае, она не чувствовала себя там в безопасности. Она всегда воспринимала ее как… ночлежку. Ночлежку для детей, которые все равно рано или поздно уйдут оттуда.

Она прихромала на квадратный двор. Это было большое забетонированное пространство с несколькими расшатанными старыми скамейками и столиками для пикника, окруженное со всех сторон бездушными зданиями, которые выглядели как коробки с окнами. Вероятно, студенческий архитектурный проект. По слухам, одно из них рухнуло несколько лет назад. Но так как наряду с этими сплетнями, ходили слухи о том, что в химической лаборатории завелся призрак обезглавленного дворника, и что здесь, после наступления темноты бродят зомби, то она не слишком доверяла всему, что здесь болтают.